?

Log in

No account? Create an account
Георгий Маслов (03.06.1895 – 15.3.1920). Собрание стихотворений. Часть 1 - reweiv
Июнь 3, 2008
06:04 am

[Ссылка]

Previous Entry Поделиться Next Entry
Георгий Маслов (03.06.1895 – 15.3.1920). Собрание стихотворений. Часть 1


    См. также «Георгий Маслов. Собрание стихотворений»: часть 2 (стихи из книги «Георгий Маслов»), часть 3 (стихи из антологии «Белая лира»), часть 4 (стихи из альманаха «Иртыш»), часть 5 (из разных публикаций) и часть 6 (комедия «Дон Жуан»).

    За всякими пустяками прозевал день рождения Георгия Маслова и, спохватившись сегодня, с некоторым удивлением обнаружил, что помимо небольшой публикации в журнале «День и ночь», в Интернете практически нет стихов этого замечательного поэта (впрочем, их и вообще совсем немного) и, что особенно странно, – его изумительной поэмы «Аврора», хотя выложено предисловие Тынянова к ее посмертной публикации 1922 г., а также встречаются разные отзывы о ней (например, Нина Дьяконова, Михаил Дьяконов «Забытая поэма забытого автора»).

Насколько мне известно, после тыняновского издания, выходила только одна книжечка Маслова: «Поэты свинцового века» Выпуск второй: Георгий Маслов. Красноярск. 1998, (ее мне прислал в свое время издатель серии, добрейший Роман Харисович Солнцев, светлая ему память!). Думаю, что при первой возможности, отсканирую и выложу ее всю (под меткой «Библиотека»), а пока наслаждайтесь (кто может) «Авророй» – забытым шедевром Серебряного Века.
(P.S.  Все-таки нашел "Аврору" в "Дне и ночи", странно, почему-то два дня назад она упорно не отыскивалась, а то стал бы я сканить... 07.06.08.)


      АВРОРА
      поэма
     
      ПОСВЯЩЕНИЕ
     
      Разыщут ли Вас эти строки
      В краю изгнанья и разлук,
      В Чите или Владивостоке,
      Мой грустный, мой прекрасный друг?
      Пронёсся вихрь, мечтанья руша,
      Расстаться было суждено,
      И не сольются наши души
      В неизъяснимое одно.
      Но и вдали Ваш голос слышу
      В печальный сумеречный час,
      Из кованых четверостиший,
      Рождённых блеском Ваших глаз.
      Души певучего простора
      Храню для Вас полярный лёд.
      Не Ваш ли взгляд меня, Аврора,
      В беззвездьи ледяном ведёт?
     
      10 сентября 1919 года.
     
      1.
      Под крутизной скалы суровой
      С поэтом ты легла на мхи,
      И эхо в просеке сосновой
      Твердит чудесные стихи.
      Их выучит Россия скоро,
      Журнальный осмеет Зоил,
      И лишь тебе одной, Аврора,
      Их сдержанный и строгий пыл.
      Награда – розовая кашка,
      Девичьей кисее под цвет.
      И мнет солдатскую фуражку
      В смущеньи молодой поэт.
     
      2.
      Тебе певцы слагают оды,
      Тебя рисует карандаш,
      Но подпоручик безбородый –
      Твой верный и любимый паж.
      Закат укутал стаю тучек
      В малиновую епанчу:
      О счастьи молит подпоручик,
      Склоняясь к твоему плечу,
      И слаще бред его бессвязный
      Стихов Авроре и Заре.
      О, девушка, свой май отпразднуй,
      Не думая о декабре.
     
      3.
      Снежинки – звёздочки на крепе.
      Ты мечешься в лесу одна.
      Ты в мире, будто в смрадном склепе,
      Судьбой живьём схоронена.
      Тропа у рыхлого сугроба,
      На нем следов вороньих сеть.
      Ты помнишь – бледный лик из гроба
      И невозможность умереть.
     
      4.
      Тогда в родительском совете,
      Чтоб на душу не брать греха,
      Решили, что в блестящем свете
      Она забудет жениха.
      Сестра Эмилия сияла –
      Казалась раем ей Москва,
      Но всё равно душе усталой,
      Где смерть предъявит ей права.
     
      5.
      Великолепием гостиных
      И вихрем лиц не смущена,
      Ты для законов света чинных
      Была, казалось, рождена.
      Ты шла, не опуская взора,
      В толпу кидая сноп зарниц.
      С твоим явлением, Аврора,
      Бежала тень с угрюмых лиц.
      Тебя князь Вяземский заметил,
      Языков был пленен тобой,
      И Александр Тургенев встретил
      Весёлым смехом лепет твой.
     
      6.
      Еще любовь – еще удар,
      До свадьбы не дожить невесте.
      Ты поняла – твой юный жар
      Сулит и рай, и гибель вместе.
      Кто видел раз небесный сон,
      Тому земные грёзы грубы, –
      И на смерть роком обречён
      Поцеловавший эти губы.
     
      7.
      Но и печаль тебе к лицу,
      Моя финляндская Венера, –
      Ты в третий раз пошла к венцу,
      Чтоб стать подругой мильонера.
      Отца прельщало слово "граф",
      Твердила мать о южных виллах,
      И нежным ласкам рук немилых
      Ты отдалась, мечтать устав.
     
      8.
      Как он любил твой мрамор строгий,
      Печаль в сияньи синих глаз,
      И непонятные тревоги,
      И о былой любви рассказ!
      Изведав жуткий лёд объятий,
      Тоской и страстью истомлен,
      Он шел в малиновом халате
      Мечтать о счастье на балкон.
      Голгофа свадебной поездки
      Не так казалась тяжела –
      Лицо ласкает ветер резкий,
      Горит церковная игла,
      Лениво моет скалы море,
      Туманно голубеет даль.
      И мысль – молитва об Авроре,
      Как расцветающий миндаль.
     
      9.
      Прошло в пути четыре года.
      Тоска его вперед гнала.
      Зачем богатство и свобода,
      Когда в душе седая мгла?
      Он не нашел забвенья в спорте,
      В вине, в голландских мастерах,
      И где-то в северном курорте
      Скончался на ее руках.
     
      10.
      Ты оценила нежность друга.
      Любовь, быть может, шла вдали.
      И было грустно гроб супруга
      Почтить крупинками земли.
      Отныне ты ходила в черном,
      Знакомых видеть перестав,
      Себя орудием покорным
      Судьбы таинственной сознав.
      Ты ждёшь покоя от свободы.
      Тебя несчастие сожгло!
      Твои стареющие годы
      Украсит Царское Село.
     
      11.
      От страсти верная опора,
      Приходит старость. Дни летят.
      Но не укрыть тебе, Аврора,
      Свой ослепительный закат.
      Поэт прославил это лето.
      В год Севастопольской войны
      Все были жгучим морем света
      И блеском зорь опьянены.
      Прогулкою себя измучив,
      Ты кормишь лебедей семью.
      Твой старый обожатель Тютчев
      Садится рядом на скамью.
      "А в вас, прекрасная Цирцея,
      Несчастный юноша влюблён",
      И, от предчувствий холодея,
      Ты спрашиваешь: – "Кто же он?"
      "Отец историк знаменитый,
      А сам он – статный офицер.
      Но ваше сердце из гранита,
      И страсть излечит револьвер".
      Ты голову склонила ниже:
      Так не пришел покоя час.
      А лебедь подплывает ближе,
      Прельщённый блеском синих глаз.
     
      12.
      Украли сердце у тебя,
      И стала ты рабыней вора.
      Ты ищешь, мучась и любя,
      Спасенья от любви, Аврора.
      Но у притихшего пруда,
      Зажженного зарей прекрасной,
      Ты, охмелев от речи страстно,
      Смущенно прошептала: "Да".
      Он, став коленом на гранит,
      Целует ледяные руки,
      Пусть ты опять идёшь на муки,
      Но сердце, как заря, горит.
     
      13.
      Он был лет на десять моложе.
      Иной жены хотела мать.
      Но страстью, на болезнь похожей,
      Сумела ты его сковать.
      Ты, свой осенний пир справляя,
      С пути препятствие смела,
      И мать, тревожась и страдая,
      Не согласиться не могла.
      А сердце рвется от укора,
      И на ступенях алтаря
      Несчастья вестница, Аврора,
      Передзакатная заря.
     
      14.
      В торжественном молчаньи бора
      Медовые часы летят.
      Ты снова счастлива, Аврора,
      Как восемнадцать лет назад.
      У этой ели исполинской,
      Раскрыв заветную тетрадь,
      Любил покойный Баратынский
      Свои стихи тебе читать.
      Кружит широкая дорога
      В темно-зеленой раме мха.
      Здесь в первый раз, стыдясь немного,
      Ты целовала жениха.
      С концом сливается начало,
      Не умирал он никогда.
      Воспоминанье замолчало.
      Ты влюблена и молода.
     
      15.
      Аврора, ты в венке из мака,
      Пылает роза у плеча,
      И говорят о тайнах брака
      Глаза – два огненных меча.
      Найдя предел земному счастью,
      Муж бредит целый день женой,
      Ее неутолимой страстью,
      Ее таинственной тоской.
      Он спит. Шипя, потухли свечи.
      Рассветный холод. Тишина.
      А ты, Заря, заре навстречу,
      Стоишь, пылая, у окна.
     
      16.
      Одна любовь его отрада.
      Но офицеру выше долг.
      Окончен отпуск. Ехать надо.
      Границу переходит полк.
      Какую огненную муку
      Ему губами ты вожгла,
      Когда на страшную разлуку
      Судьба супруга обрекла.
      Утихло, наконец, волненье,
      Настал отчаянья покой.
      И ты прочла без удивленья:
      "Андрей скончался, как герой".
     
      17.
      Как хорошо расстаться с горем,
      Когда горячим днем идёшь,
      И буйным желтоводным морем
      Тебя кругом ласкает рожь.
      Заснул ленивый оборванец
      У солнцем залитой межи,
      Разлился по небу румянец
      Шныряют лёгкие стрижи.
      В дали веселой речки блестки,
      Сторожки вьющийся дымок.
      И треплет серебро причёски
      Сухой восточный ветерок.
     
      18.
      Но не с седыми волосами
      Ты появилась предо мной,
      В обыкновенной чёрной раме,
      В соседстве с милой стариной.
      Я не забуду наши встречи,
      Кудрей крутые завитки,
      И беломраморные плечи,
      И взгляд, исполненный тоски.
      И под глазами роковыми,
      Нежданной песнею горя,
      Твержу пленительное имя,
      Сияющее как заря.

Tags: , , ,

(24 комментария | Оставить комментарий)

Comments
 
[User Picture]
From:q_iber
Date:Ноябрь 15, 2010 10:36 pm
(Link)
прошу прощения, узнал о Ваших намерениях: "выходила только одна книжечка Маслова: «Поэты свинцового века» Выпуск второй: Георгий Маслов. Красноярск. 1998 ...при первой возможности, отсканирую и выложу ее всю (под меткой «Библиотека»)" -- очень бы хотел, чтобы они осуществились :)

и, коль уж Вы располагаете этим книжным раритетом, не подскажете ли - мне доводилось читать у Георгия Маслова отрывки из поэмы "Кольцо" (12-строчные строфы, помеченные цифрами, с 1-й по 5-ю) и два отрывка из цикла "Изгнание" (две стихотворения (?), помеченные цифрами 1 и 7) - всё ли это, что осталось от поэмы и цикла, или в книге есть неизвестные мне отрывки?
[User Picture]
From:reweiv
Date:Ноябрь 16, 2010 12:33 am
(Link)
Как все изменилось за каких-то два года. Я отсканировал тогда только "Аврору", потому что, как оказалось, указанная выше подборка в "ДиН" (+"Аврора") и составила эту книжку (кстати, не думаю, что она раритет - тир. 1000), но теперь почему-то старый сайт "ДиН" не откликается (надо бы узнать, в чем дело, надеюсь, что временно, или м.б. это только у меня?), так что, видимо, придется сканировать (но упомянутых Вами стихов там нет, и было бы оч. интересно ознакомиться). Зато, как вижу, появились новые публикации, лишь частично пересекающиеся с этой книжкой:
http://www.maslov.ouc.ru/
http://www.petrak-igor.narod.ru/Buza_37/MAC.doc
[User Picture]
From:reweiv
Date:Ноябрь 16, 2010 01:01 am
(Link)
Но там есть цикл (поэма?) "Путь во мраке" (12 частей) - м.б., это то, что Вы называете "Изгнание"?
[User Picture]
From:q_iber
Date:Ноябрь 16, 2010 01:51 am
(Link)
мне проще было бы сослаться на источник: все стихи Маслова, о которых я спрашивал, читаны мной в антологии "Белая Лира", составитель В.В. Кудрявцев
вот так выглядит книга
http://www.labirint.ru/books/100418/
а вот в Сети информация о составителе
http://www.smolensklib.ru/pisateli/kudryav/index.htm

если и впрямь, как Вы пишете "подборка в "ДиН" (+"Аврора") и составила эту книжку" (здесь речь о красноярской книге) - значит, её содержание мне уже знакомо, поскольку подборку в "ДиН" я когда-то сохранял себе на жёсткий диск.

в таком случае выходит, что В.В. Кудрявцев получил тексты Маслова из каких-то иных источников.
цикл "Путь во мраке", например, в его версии состоит не из 12-ти, а из 17-ти частей.

цикл "Изгнание" открывается вот этим стихотворением
http://maslov.ouc.ru/pora-strahnut-s-dushi-ustalost.html
оно пронумеровано цифрой 1 + приведено ещё одно стихотворение этого же цикла (7) - "В краю угрюмом расцвела...".
Отрывки из поэмы "Кольцо", с 1-го по 5-й, датированы 19-м годом. Кажется, в Сети их нет: я погуглил некоторые строки, ничего не нашлось.

могу только предположить, что Кудрявцев пользовался какими-то омскими источниками, поскольку в "Белой Лире" есть стихи поэтов, находившихся в Омске одновременно с Масловым - Юрия Сопова, Александра Венедиктова, Николая Шестакова.

в таком случае я, со своей стороны, постараюсь отсканировать подборку Маслова в "Белой Лире" и, если эти стихи Вас интересуют, поделюсь ссылкой.

но, в любом случае, источник ведом только Виктору Васильевичу Кудрявцеву.
[User Picture]
From:q_iber
Date:Ноябрь 16, 2010 02:17 am

дополнение

(Link)
у меня есть и более осмысленное предположение об источниках неизвестных стихов Маслова, оказавшихся в книге Кудрявцева.

в 60-е годы Ю.Г. Оксман предпринимал усилия по изданию книги Георгия Маслова.

сохранилась его переписка по этому поводу с вдовой Маслова Еленой Тагер

вот отрывок из письма

Е. М. Тагер
25/I (1964 года)

"Стихи Георгия Маслова будут изданы - не сейчас, так через два-три года, не в Ленинграде, так где-ниб(удь) в другом городе, не полностью, так в своей большей части.3 Кое-что из его стихов есть и у меня, кое-что у Бенедиктова.4 Многое помнят его омские друзья - Шестаковы".

т.о. стихи Маслова нужно искать в личных архивах архивах Н.Я. Шестакова и А.И.Венедиктова (в некоторых источниках вариант фамилии - Бенедиктов, но, правильно именно "Венедиктов").
и, разумеется в архивах Е.М. Тагер и Ю.Г. Оксмана.
никого из них уже нет в живых.

кстати, именно А.И.Венедиктов в своё время передал машинопись "Авроры" Тынянову.
[User Picture]
From:reweiv
Date:Ноябрь 16, 2010 09:54 pm

Re: дополнение

(Link)
Любопутная переписка, не дадите ли заодно ссылку на источник?
Посмотрел "Белую лиру". Оказалось, что "Путь во мраке" отличается здесь не только количеством, но и по составу (т.е. тот, что в БЛ не просто больше) и текстуально. Видимо, составители (а в ГМ он(она) не указан(а)) использовали разные списки. Кроме того, в ГМ есть стихи, которых я сейчас не нахожу ни в ДиН, ни в Ин-те. Так что, раз уж обещал, выложу все.
[User Picture]
From:reweiv
Date:Ноябрь 16, 2010 09:55 pm

Re: дополнение

(Link)
Любопытная
[User Picture]
From:q_iber
Date:Ноябрь 16, 2010 10:55 pm

Re: дополнение

(Link)
да, текстуальные различия есть, я тоже обратил внимание,
в т.ч. и в 1-м стихотворении цикла "Изгнание" - "Пора стряхнуть с души УСТАЛОЙ..." В сетевом варианте (восходящем к ГМ?) - УСТАЛОСТЬ.

переписка Оксмана есть и в сети, вот на этом неуклюжем ресурсе

http://www.literary.ru/literary.ru/readme.php?subaction=showfull&id=1203429823&archive=1203491298&start_from=&ucat=&

это ссылка как раз на ту часть переписки, что касается предполагаемого издания Маслова.
впрочем, Маслов упоминается в ещё ряде писем, кроме тех, что непосредственно по ссылке.

интересна оксмановская "наводка" на обладателей текстов Маслова.

Николай Яковлевич Шестаков (1894—1974) достаточно известен, он есть даже в Википедии.
я читал о нём как о начинающем московском прозаике, например, ещё в чудаковской книге о Булгакове.

иркутянина Александра Ивановича Венедиктова (1896-1970), к сожалению, сейчас редко вспоминают.
хотя его поэма "Мери из Владивостока" была одобрена Гумилёвым.
к сожалению, я не знаю, где и при каких обстоятельствах закончился его земной путь.

кстати, в письме Е.М. Тагер от 6/VI (19)64 (года) упоминается ещё один обладатель текстов Маслова, бывших до этого в распоряжении Кондратия Кузьмича Худякова (1886 - 1920).
Ю.Г. Оксман пишет, что успел скопировать их, к сожалению, только частично.

как знать, может быть, наследие Георгия Маслова ещё пополнится ранее неизвестными текстами...

п.с. заранее благодарю за ГМ :)
[User Picture]
From:khebeb
Date:Январь 17, 2015 06:25 pm

Re: дополнение

(Link)
где и при каких обстоятельствах закончился его земной путь - в 1970 г. на московском Новодевичьем кладбище. Многократно переизданный пятитомник Вазари - это его перевод.
А вот архив сгинул куда-то


Edited at 2015-01-17 18:25 (UTC)
[User Picture]
From:q_iber
Date:Январь 27, 2015 10:02 am

Re: дополнение

(Link)
спасибо. коли он на книгах о зодчестве специализировался (у него ведь, кроме Вазари, ещё уйма книг такого рода издана) - м.б. и архив где-то в архитектурно-строительных закромах оказался? возможно, стоит запросить Стройиздат, НИИТИАГ или, в целом, РААСН?
[User Picture]
From:khebeb
Date:Январь 27, 2015 10:52 am

Re: дополнение

(Link)
Насколько знаю, остался внук (от дочери Натальи), уехавший в Израиль по линии своего отца (фамилии не знаю). Ищем, но пока не очень результаты, мало вводных.
Есть еще вариант справиться в РАО (б.ВААПе) о правообладателях переводов Вазари.
Меня, кстати, не удивило бы, если упоминавшаяся где-то здесь рядом попытка издания Маслова в США связана с этим внуком.
И там же как минимум две машинописные книги самого Венедиктова должны обретаться.
[User Picture]
From:reweiv
Date:Ноябрь 16, 2010 01:41 am
(Link)
Так, нашел в кэшах "Путь во мраке" и начало той публ., на которую ссылался выше.

ПУТЬ ВО МРАКЕ

(Дорога Омск-Красноярск.
Январь-февраль 1920 г.)

В.М.Кремковой

1.

Скорбно сложен ротик маленький.
Вы молчите, взгляд потупя.
Не идут к вам эти валенки,
И неловки вы в тулупе.

Да, теперь вы только беженка,
И вас путь измучил долгий,
А какой когда-то неженкой
Были вы на милой Волге!

Августовский вечер помните?
Кажется, он наш последний.
Мы болтали в вашей комнате,
Вышивала мать в соседней.

Даль была осенним золотом
И багрянцем зорь повита,
И чугунным тяжким молотом
Кто-то грохотал сердито.

Над притихнувшими долами
Лился ядер дождь кровавый,
И глухих пожаров полымя
Разрасталось за заставой.

Знали ль мы, что нам изгнание
Жизнь-изменница сулила,
Что печальное свидание
Ждёт нас в стороне немилой?

Вот мы снова между шпалами
Бродим те же и не те же.
Снег точёными кристаллами
Никнет на румянец свежий.

И опять венца багряного
Розы вянут за вокзалом.
Что ж, начать ли жизнь нам заново
Иль забыться сном усталым?

Сжат упрямо ротик маленький,
Вы молчите, взгляд потупя...
Не идут к вам эти валенки,
И неловки вы в тулупе.

2.

Стоят морозы.
Глубокий снег.
Обозы. Обозы. Обозы.
Впереди – вереница телег.
Побросали вещи,
Тепло пешком.
Ворона кричит зловеще.
Чёрт с ней! Идём.

3.

Из вагона прогнали
Поляки.
Плакала больная дама.
Свободный тормоз во мраке
Упрямо
Искали.
Душа захлёбывалась в злобе,
Кровью налились виски.
Завяз в сугробе,
Промочил носки.

4.

Смотрит унылым взглядом лошадь
Из вагонной мглы,
И веселый жеребенок все хочет взъерошить
Наши узлы.

Господи, наконец-то едем,
Все равно куда!
И нашим четвероногим соседям
Нравится езда.

Как мы замёрзли, поезд карауля!
Как хорошо немного отдохнуть!
Что ждёт нас завтра? Быть может, пуля
Иль снова путь?

5.

Мы приехали после взрыва.
Опоздали лишь на день,
А то погибнуть могли бы.
Смерть усмехалась криво
Из безглазых оконных впадин.
И трупов замерзших глыбы
Проносили неторопливо...
Но мы равнодушны к смерти,
Ежечасно ее встречая,
И я, проходя, – поверьте –
Думал только о чае.
Добрели мы до семафора,
Свободен путь, слава Богу.
Ну, значит, – скоро
Можно опять в дорогу.
Ст. Тайга

6.

А.Ш.

В черной шапочке, с сумкой за плечами,
Вы проходили месяц медовый.
Едва поспевает за вами
Муж решительный и суровый.

Странно слышать такие простые
И непривычные слова:
«Я верю – Россия
Еще жива».

Пусть душа моя стала зверем
И не ищет от травли спасения –
Я верю, мы оба верим
В воскресение.

7.

Розовым румянцем перламутра
Январское засмеялось утро.

Смехом багряным смейся, заря, нам,
Скитальцам по немилым странам,
Чтоб несли мы горе покорней,
Осужденные десницей горней.

Встает, заря, твой розовый полог,
И будет день и тяжек и долог,
И будет грустно в сугробах снега
До неизвестного брести ночлега.
[User Picture]
From:reweiv
Date:Ноябрь 16, 2010 01:42 am
(Link)


8.

Кн. Кур(акину)

Носили воду в декапод
Под дикой пулеметной травлей.
Вы рассказали анекдот
О вашем предке и о Павле.

Не правда ль, странный разговор
В снегу, под пулеметным лаем?
Мы разошлись и не узнаем,
Живем ли оба до сих пор.

Но нас одна и та же связь
С минувшим вяжет.
А кто о нашей смерти, князь,
На родине расскажет?

9.

Тянутся лентой деревья,
Морем уходят снега.
Грустные наши кочевья
Кончат винтовки врага

Или сыпные бациллы,
Или надтреснутый лед...
Вьюга зароет могилы
И панихиды споет.

Будет напев ее нежен,
Мягкой – сугробная грудь.
Слишком уж был безнадежен
Тысячеверстный наш путь.

Где поспокойней и глуше,
Где не услышишь копыт,
Наши усталые души
Сладостный сон осенит.

10.

Быть может, жива Россия,
Но ты уже не жива.
Смотрит в небеса пустые
Маленькая голова.
«Граждане, вы будете расстреляны
Через час».
И сверкнули пристальные щелины
Злобных глаз.
Алая змейка грудь схватила
И исчезла, в снег упав.
Все ушли, лишь собака выла,
Нос задрав.

11.

Довольно, больше идти не надо!
Душа до дна пуста.
Истерика, визгливая менада,
Кричит в мои уста.
Отчаянье тяжелым комом
К душе прилипло.
Но не хочу я бросить землю –
И внемлю
Звукам незнакомым
От лиры хриплой.
О, ты ли,
Соловей Цитеры,
Такие звуки
Из собственной могилы
В меняющиеся размеры
Куешь, ломая руки?

Давно ли
Рубины зорь в спокойном небе
Искали все мы?
Теперь твой жребий –
Стать криком боли
Для тех, кто немы.

12.

Мы жили в творческом тумане,
Губители чужих наследий,
Стихи чеканя
Из меди.
Но, все ограды руша,
Мир входит к нам в двери.
Больные выльем души
В каком размере?

На лиру мы воловью
Натянем жилу,
Чтоб звукам, вырванным из сердца с кровью,
Хрипящую оставить силу.
Они без форм. В них есть уродство
Невыношенного созданья.
Но их осветит благородство
Страданья.
[User Picture]
From:khebeb
Date:Январь 17, 2015 06:23 pm
(Link)
Вариант из 12 ст-ний заимствован из издания: Струве Г. К истории русской поэзии 1910-х - начала 1920-х годов. Berkeley: Berkeley Slavic specialties, 1979 (Modern Russian Literature and culture. Vol. 1). С. 156-164.
Адресат посвящения - Кремкова Вера Михайловна, урожд. Невтонова.Родилась в 1875 в Армении (отец - генерал-майор Невтонов Михаил Иванович, скончался в 1904; мать Невтонова - Мария Людвиговна). Сестра Марии и Нины Невтоновых. Окончила гимназию и Высшие женские курсы, работала педагогом в гимназиях. Вышла замуж за Иннокентия Федоровича Кремкова, проживала с мужем в Санкт-Петербурге, занималась домашним хозяйством. С 1914 — вдова (муж погиб на фронте), окончила медицинские курсы при Казанском университете, служила сестрой милосердия на фронте до окончания Первой мировой и гражданской войн. Маслов умер у нее на руках; насколько там был роман, на который намекает Струве - науке неизвестно.
С 1920 — проживала в Петрограде, работала библиографом и занималась научной работой (надо бы проверить по "Науке и научным работникам СССР", но у меня их нет).
В 1925 проживала: Малая Посадская 16.
В 1931 проживала: Б.Посадская 10, служила в ГГИ (Государственный гидрологический институт)
В марте 1935 — выслана с матерью и сестрой Марией из Ленинграда в Уфу, без работы. В январе 1938 — арестована, приговорена к 5 годам ИТЛ и отправлена в лагерь. Далее никаких концов. Ист.: ГАРФ. Ф. Р-8409. Оп. 1: Д. 1299. С. 56-61; Д. 1354. С. 77-90; Д. 1552. С. 157-58 ("Заклейменные властью" И.Осиповой; сидюк "Жертвы политического террора в СССР").
[User Picture]
From:reweiv
Date:Ноябрь 16, 2010 02:04 am
(Link)
Георгий МАСЛОВ (1895-1920)

ПУТЬ ВО МРАКЕ

Среди всего многообразия литературных школ того времени, которое мы называем “серебряным веком” русской поэзии (символизм, акмеизм, футуризм), было и еще одно направление, которое Николай Гумилев определял как “позабытое со времен Пушкина благородное искусство просто и правильно писать стихи”. Наиболее знаменитым
представителем этого направления был, конечно, Владислав Ходасевич. Но все ли читатели помнят еще одного приверженца “сложной простоты” — замечательного русского поэта Георгия Маслова? Даже любителям поэзии это имя сегодня практически не знакомо.
Георгий Владимирович Маслов родился в 1895 году в Симбирске, в дворянской семье. После окончания гимназии он поступил на историко-филологическое отделение Петербургского университета, а в 1913 году стал слушателем знаменитого Пушкинского семинария, и это обстоятельство определило круг его интересов на многие годы. Георгий Маслов занимал одно из ведущих мест в группе молодых пушкинистов, публиковал статьи о Пушкине, читал доклады. В то же время он начал писать стихи, которые печатались в журналах “Богема” и “Рудин”, в сборнике “Арион”, в антологии “88 стихотворений”,
составленной Зинаидой Гиппиус. Поэт Всеволод Рождественский в своих мемуарах вспоминал: “Мы слушаем поэта Георгия Маслова... Он стоит у стены, несколько сутулый, с насмешливым заостренным лицом, прямые, закинутые назад волосы придают ему подлинно поэтический вид”. Но Маслов был подлинным поэтом не только по облику. О его стихах, опубликованных в сборнике “Арион”, одобрительно отзывался Николай Гумилев.
Октябрьскую революцию Георгий Маслов не принял.
Весной 1918 года он примкнул к белому движению и вскоре оказался в Омске, где служил
рядовым в охране адмирала Колчака. Думается, что именно это обстоятельство явилось причиной замалчивания Маслова вплоть до настоящего времени. К концу 1918 года Омск стал культурной столицей белой России. Это время было периодом наивысшего расцвета таланта Георгия Маслова. Его стихи появляются в газетах и журналах, он издает пьесу “Дон Жуан”, работает над поэмой “Аврора”.
В декабре 1919 года войска Колчака оставили Омск. Во время долгого отступления на восток, в вагоне поезда, Георгий Маслов написал цикл трагических стихов “Путь во мраке”. Тогда же он заболел сыпным тифом и был снят с поезда в
Красноярске.
14 марта 1920 года поэт Георгий Маслов умер в Красноярской городской больнице, в возрасте двадцати шести лет. Смерть избавила его от неизбежных репрессий.
В посмертной рецензии на его стихи в журнале “Сибирские огни” было сказано: “Георгий Маслов стоял спиной к будущему, к революции. Его взгляд был прикован к Пушкинской эпохе, в которой он жил наперекор действительности”.
Пришла пора вернуть творческое наследие этого поэта русскому читателю. Прав был Юрий Тынянов, когда писал в статье о Георгии Маслове: “У стихов есть то преимущество перед людьми, что они оживают, — и не однажды.”
Алла ГЕЛИХ


***
Не предвидит сердце глупое
Дня свиданья, дня разлуки.
Разве гладил бы так скупо я
Эти маленькие руки?

Верю, все ж тебе припомнятся
Вечера шального мая,
Лишь глаза опустишь, скромница,
Наши встречи вспоминая,

Как, твои колени трогая,
Я пьянел, весной волнуем,
Ты же улыбалась, строгая,
Самым дерзким поцелуям.


ЯМБУ

О мой ямб, звонконогий мой конь,
Непокорный рабам Буцефал,
Я смогу укротить твой огонь, —
Я свободным и дерзостным стал!

Вдохновенно Пушкина нес
Ты по темени девственных скал
И, в венках из вакхических роз,
Под Языковым буйным дрожал,

Но, не согнутый вихрями лет,
Так же ты непреклонен и горд, —
Был не раз беззаботный поэт
Под твоими ногами простерт…

Но прими от меня дифирамб,
Кто б из нас побежденным не стал,
О мой конь, звонконогий мой ямб,
Непокорный рабам Буцефал!

***
Уже закат румянится.
Понежусь у окошка.
По тротуару пьяницы
Шатаются с гармошкой.
Веселости и удали
Как много в песне этой!
С ней рядом не причуда ли
Терцины и сонеты?
Нет, нынче мы в подвальчике
Вином наполним кружки
И заорем, как мальчики,
Веселые частушки.
[User Picture]
From:reweiv
Date:Ноябрь 16, 2010 02:07 am
(Link)
***
Бокалы пеним дружно мы
И Девы-Розы пьем дыханье...
Пушкин “Пир во время чумы”.

Пора стряхнуть с души усталой
Тоски и страха тяжкий груз,
Когда страна изгнанья стала
Приютом благородных муз.
Здесь вечно полон скифский кубок,
Поэтов — словно певчих птиц!
А сколько шелестящих юбок.
Дразнящих талий, тонких лиц!
От мира затворясь упрямо,
Как от безжалостной зимы,
Трагичный вызов Вальсингама,
Целуясь, повторяем мы.
А завтра тот, кто был так молод,
Так дружно славим и любим,
Штыком отточенным приколот,
Свой мозг оставит мостовым.

Омск, ноябрь 1919 г.


***
Помнишь, Лена, первый вальс на бале?
Мы кружились до потери сил,
И архивны юноши сказали,
Что тебя я, верно, покорил.
Но, бокалы до края напенив,
Увели с собой меня друзья.
Александр Иванович Тургенев,
Улыбаясь, заменил меня.
Как Алябьева, ты стала модной,
Блеск ее тебя не затемнил,
И певцы красавице холодной
Отдавали стихотворный пыл.
Как же, Лена, ты, которой в мире
Грезились лишь вальсы и цветы,
Хочешь кончить в ледяной Сибири
Жизнь со мной средь горькой нищеты?
Отказать тебе я не умею,
Щемит грудь от счастья и тоски.
Плачу и поцеловать не смею
Слабо надушенные листки.

1919 г.

Я

***
Нет. Жизни раннего конца
Я все-таки желать не смею.
Вы улыбнулись мне с крыльца,
И ветер обвевает шею.

Скрипит подгнивший тротуар,
Залаял пес на перекрестке,
А розы в запертом киоске
Глядят на проходящих пар.

Смотрю на звезды и бреду
Домой, мечтая о постели.
Но сладкая усталость в теле,
И кажется, я не дойду...

Теряя дням бесплодным счет,
Над песнями узду теряя,
Засну на лавке у ворот,
Улыбку вашу вспоминая...

31 июля 1919г.


***
И я покину край Сибири,
Где музы, песни и вино,
И был Георгий Маслов в мире,
Иль не был — будет все равно.

1919 г.
[User Picture]
From:khebeb
Date:Апрель 22, 2013 04:01 pm
(Link)
полноты ради (почему-то тут и по соседству нет, хотя одно из самых цитируемых):

Послание к другу

1.
Теперь не к времени идиллии
И бедной музе не простят
Что бедные речные лилии
Украсили ее наряд.
Забыты рощицы и пасеки,
Приюты граций и харит,
Чтят Феокрита только классики,
А Дельвиг в гробе мирно спит.
Но я не верю нашей критике
И модных не терплю стихов
Люблю старинные пиитики,
Где царство нимф и пастухов.
И, в дружбе искренней уверенный,
Я лиру нежную беру
И стих классический размеренный
Дарю собратьям по перу.

2.
С тобою музы раззнакомятся
И не напишешь и строфы,
Когда от книг тяжелых ломятся
Битком набитые шкафы.
Забудь их. Три-четыре томика
Усталому оставь уму.
В тиши покинутого домика
Прокоротай вдвоем зиму.
Там, у камина разожженного
Когда дрова чуть-чуть трещат,
Тебя, веселого, влюбленного,
Стихи и рифмы посетят.
А как нежна подруга стройная,
Она томится и не спит
И ночь короткая и знойная
Виденьем рая пролетит.

Сибирская речь (Омск). № 34. Пятница. 14 февраля (1 февраля). С. 5
[User Picture]
From:reweiv
Date:Апрель 22, 2013 07:45 pm
(Link)
Спасибо большое!
Действительно, странно, почему столь замечательные и важные стихи не вошли ни в одну из перепечатанных мной подборок, да и вообще, похоже, Вы первый, кто выложил их в Интернете.
Я как раз подумывал, не сделать ли пятую часть на материале Вашей выборки из "Нашей газеты" (если, конечно, не возражаете), но там неопубликованных для отдельной части маловато, а вместе с этими стихами получилось бы очень хорошо.
(Удалённый комментарий)
[User Picture]
From:reweiv
Date:Апрель 22, 2013 08:35 pm
(Link)
Отсылки, конечно, интересны, но в последнее время я практически не бываю в библиотеках (вот уже три месяца мечтаю выбраться в "Русское зарубежье", и все не получается). Так что даже не знаю, смогу ли ими воспользоваться. Эти строчки, к сожалению, мне не знакомы.
[User Picture]
From:khebeb
Date:Ноябрь 22, 2016 12:42 pm
(Link)
Немного аццкого трэша:
"…На этом можно было бы поставить точку в нашем долгом рассказе, если бы не неожиданное продолжение, ставшее известным благодаря недавно найденным архивам Юрия Тынянова, в котором оказались и письма Маслова, и некоторые страницы… его романа в прозе, посвящённого Авроре Карловне.
«…Вчера был принят Александром Васильевичем [Колчаком] и честно рассказал ему об истинных причинах своей просьбы. Немного подумав, Верховный сказал: «Что ж, поезжайте. Задуманное вами достойно всяческих похвал, и я понимаю, что, то, о чём вы просите, необходимо вам, как художнику». Таким чудесным образом и решился мой вопрос с поездкой в Нижнетагильский завод. Постараюсь скоро обернуться, так как волнуюсь за Лену. По возвращении напишу Вам…» (из письма Георгия Маслова Ю. Тынянову от 10 октября 1918 г.)
«…В Нижнетагильске встречался с людьми, судьба которых была связана с судьбой моей героини. Масса впечатлений, а для заметок не хватило двух блокнотов. В скором времени поеду туда опять – готовить визит Верховного – и думаю, мне удастся выкроить немного времени для работы над романом…» (из письма Георгия Маслова Ю. Тынянову от 2 декабря 1918 г.)
…В 1934 году к Тынянову обратилась вдова Маслова – Елена Тагер. Она привезла ему для рецензии рукопись романа, посвящённого Авроре Шернваль.
«Рукопись не имела названия, некоторые листы были перепутаны, а некоторые потрачены водой», — писал Тынянов в своём дневнике, — «Я попросил оставить эту рукопись для ознакомления хотя бы на пару недель. Она [Тагер] согласилась, но оставила лишь часть, сославшись на то, что обещала показать рукопись ещё кое-кому из Союза [писателей] … …всё, что я успел прочесть, убеждает меня в том, что в лице Георгия [Маслова] мы потеряли прекрасного писателя…»
За оставленной частью рукописи Елена Тагер не вернулась. Судьба этой женщины сложилась драматически, зато в творчестве она оказалась более удачливой, чем её муж. У Елены Тагер (творческий псевдоним Анна Регат) в разное время вышло несколько книг детских стихов и сказок, сборник литературных переложений «Якутский фольклор», несколько сборников рассказов и повестей…
…Судьба романа Георгия Маслова об Авроре до сих пор не ясна. По некоторым сведениям, часть рукописей хранились у дочери поэта, а часть – в нескольких частных коллекциях. Однако, все попытки установить точное нахождение рукописей, до сих пор ни к чему не привели…", и т.п. (https://vsenovostint.ru/2013/06/04/tagilskie-istorii-proyavlyaya-zabotu-o-podlom-lyude-avrora-karlovna-ne-teryala-svyazi-i-so-svetskimi-krugami-ona-byila-druzhna-s-semyoy-imperatora-aleksandra-ii-i-on-neodnokratno-ostanavlivals/).
[User Picture]
From:reweiv
Date:Ноябрь 25, 2016 05:26 pm
(Link)
Спасибо!
[User Picture]
From:khebeb
Date:Ноябрь 25, 2016 05:31 pm
(Link)
На даты писем обратите внимание - это нижнетагильские афтары развлекаются художественными фейками, там Карамзины фигуры культовые
(Удалённый комментарий)
[User Picture]
From:reweiv
Date:Апрель 17, 2017 04:37 pm
(Link)
Ещё раз, спасибо! Добавил в 5 часть. А на что ссылается Р.Т.?
[User Picture]
From:khebeb
Date:Апрель 17, 2017 04:40 pm
(Link)
РГАЛИ. Ф. 2567. Оп. 1. Ед.хр. 1256. Л. 5; ОР РНБ. Ф. 1177.
Ед.хр. 43. Лл. 4–5 (т.е. списки Тагер в обоих случаях)
Разработано LiveJournal.com