?

Log in

No account? Create an account
Георгий Маслов. Собрание стихотворений. Часть 3. Из антологии «Белая лира» - reweiv
Ноябрь 22, 2010
02:22 am

[Ссылка]

Previous Entry Поделиться Next Entry
Георгий Маслов. Собрание стихотворений. Часть 3. Из антологии «Белая лира»

См. также
Г. Маслов. Собрание стихотворений часть 1 (поэма «Аврора», из ГМ), часть 2 (стихи из книги «Георгий Маслов»), часть 4 (стихи из альманаха «Иртыш»), часть 5 (из разных публикаций) и часть 6 (комедия «Дон Жуан»).


Из книги «Белая лира. Антология поэзии Белого движения». Смоленск: Русич, 2006, стр. 290-304.
Публикация В.В. Кудрявцева.    

 
     
      РОДИНЕ
     
      Застыли слезы в синем взоре
      Твоем, измученная мать.
      Какие горести и хвори
      Еще начнут тебя терзать?
     
      От края до другого края -
      Сухая полевая жердь –
      Идет в плаще неурожая
      Твоя осклабленная смерть;
     
      Спокойно подымая посох,
      Работает и ночь и день
      Среди убогих, жалких, босых
      Забытых Богом деревень.
     
      А на кровавом горизонте
      Седые облака плывут
      Рыдать за тех, кто там, на фронт
      Под ядра и штыки идут.
[290]
      Но ты, молчальница, не стонешь –
      Привыкла на своем веку.
      В безлюдных церковках хоронишь
      Свою щемящую тоску.
     
      И я уверен – мне простится,
      Что я, тоскуя и любя,
      Не мог ни верить, ни молиться,
      А только плакать за тебя.
     
      <1919>
     
     
      КОЛЬЦО
      < Отрывки из поэмы>
     
      1
     
      Приятны были наши споры,
      Но странный им настал конец,
      Когда они сошли с «Авроры» –
      Громить покинутый дворец...
      Оставлена родной страною,
      Погибла кучка храбрецов.
      За Петербургом и Москвою
      Пал окровавленный Ростов!
      Пора понять – права лишь сила.
      Так не сильна в кольце стальном
      Хихикающая горилла –
      За председательским столом!
     
      2
     
      Великолепные палаццо –
      Теперь воров ночлежный дом.
      О да, им можно посмеяться
      И робость одолеть вином.
[291]
      Оркестр неистовствует бальный,
      Шампанскому потерян счет.
      И дремлет в полутемной спальной
      Тряпьем прикрытый пулемет.
      Они справляют пир бесовский,
      В крови лаская красных дам,
      И заключают в Брест-Литовске
      Похабный мир на страх врагам...
     
      3
     
      Кому судить кровавый опыт
      Сулящих рай в кольце штыков?
      Хватает голоса на шепот
      У митинговых крикунов.
      Кто были горячи и юны,
      Могилы обрели себе!
      Из-за границы шлют трибуны
      Неустрашимый зов к борьбе!
      Но нам нет времени, иная
      У нас, веселая борьба –
      Бродяги, в ожиданье рая,
      Громят спиртные погреба.
     
      4
     
      Ученые молчат зловеще
      На все вопросы: «Что нас ждет?»
      Буржуи - зарывают вещи.
      Студенты – скалывают лед.
      Изготовленьем пелеринок
      Супруги улучшают стол.
      Один неугомонный рынок
      Открыто на бесхлебье зол.
[292]
      И в небо выпуская пули
      Для устрашенья бунтарей,
      Красноармейские патрули -
      У верстовых очередей.
     
     
      5
     
      По вечерам ходить опасно,
      Свинцовых пчел скрывает тьма,
      И открывает окрик властный
      Неосвещенные дома.
      Жена не выпускает мужа
      Из судорожно сжатых рук.
      Он в ночь уйдет, иной, из ружей,
      Вокруг него сомкнётся круг...
      Их суд несложен и недолог.
      Увидишь ли его опять?
      И даже холмик в чаще колок
      Ты не сумеешь разыскать.
     
      <1919>
     
     
      ИЗ ЦИКЛА «ИЗГНАНИЕ»
     
                            Борису Петровичу Денике
     
      1
     
                            Бокалы пеним дружно мы
                            И Девы-Розы пьем дыханье...

                            Пушкин. Пир во время чумы
     
      Пора стряхнуть с души усталой
      Тоски и страха тяжкий груз,
[293]
      Когда страна изгнанья стала
      Приютом благородных муз.
      Здесь вечно полон скифский кубок,
      Поэтов – словно певчих птиц,
      А сколько шелестящих юбок,
      Дразнящих талий, тонких лиц!
      От мира затворясь упрямо,
      Как от безжалостной зимы,
      Трагичный вызов Вальсингама,
      Целуясь, повторяем мы.
      А завтра тот, кто был так молод,
      Так дружно славим и любим,
      Штыком отточенным приколот,
      Свой мозг оставит мостовым.
     
     
      7
     
      В краю угрюмом расцвела
      Розовоперстая Аврора...
      С собою радость принесла–
      Иль смертная оденет мгла
      Изгнанников усталых скоро?
      Смотрю на белизну ланит,
      На пальцы тонкие в рубинах –
      И сердце песнями горит
      От плеска крыльев лебединых.
      Того ж, кто пеньем соловья
      Встревожил ледяные чащи, –
      Венчают розами друзья
      И кубок подают шипящий.
      Для вас и с вами песнь моя, –
      Авроры золотые нити!
      Друзья, а завтра вихрь событий
      Нас бросит в пасть небытия...
     
      1919. Омск
[294]
     
     
      ПУТЬ ВО МРАКЕ
      (Дорога Омск - Красноярск)
     
      1
     
                                          В. М. Кремковой
      Скорбно сложен ротик маленький.
      Вы молчите, взгляд потупя.
      Не идут вам эти валенки,
      И неловки вы в тулупе.
     
      Да, теперь вы только беженка,
      И вас путь измучил долгий.
      А какой когда-то неженкой
      Были вы на милой Волге!
     
      Августовский вечер помните?
      Кажется, он наш последний.
      Мы болтали в вашей комнате,
      Вышивала мать в соседней.
     
      Даль была осенним золотом
      И багрянцем зорь повита,
      И чугунным тяжким молотом
      Кто-то грохотал сердито.
     
      Над притихнувшими долами
      Лился ядер дождь кровавый,
      И глухих пожаров полымя
      Разрасталось за заставой.
     
      Знали ль мы, что. нам изгнание
      Жизнь-изменница сулила,
      Что печальное свидание
      Ждет нас в стороне немилой?
[295]
      Вот, мы снова между шпалами
      Бродим, те же и не те же.
      Снег точеными кристаллами
      Никнет на румянец свежий.
     
      И опять венца багряного
      Розы вянут за вокзалом.
      Что ж, начать ли жизнь нам заново
      Иль забыться сном усталым?
     
      Сжат упрямо ротик маленький,
      Вы молчите, взор потупя.
      Не идут вам эти валенки,
      И неловки вы в тулупе.
     
      1 декабря 1919. Ст. Краснощеково
     
      2
     
      Стоят морозы.
      Глубокий снег.
      Обозы. Обозы. Обозы.
      Впереди – вереница телег.
      Побросали вещи.
      Тепло пешком.
      Ворона кричит зловеще.
      Черт с ней! Идем.
     
      23 декабря 1919
     
      3
     
      Мерзлый день на площадке.
      Теперь поспим на полу.
      С голоду и корки сладки.
      Только бы не прогнали
[296]
      В ночную мглу.
      Ты помнишь ли - дети кричали,
      Плакали женщины, цепляясь
      За коней.
      Эшелон уходил, качаясь.
      За нами бежали
      Рои теней.
     
      24 декабря 1919
     
      4
     
      РАЗГОВОР
     
      В тайге оставлен броневик.
      Погибло 25 орудий.
      И голос переходит в крик:
      «Спасение нам только в чуде!»
      Безжалостные небеса
      Замкнули круг безлюдной шири.
      Нет, если будут чудеса,
      То не в Сибири.
     
      24 декабря 1919
     
      5
     
                                             М. Н. Волкову     
      Из-под пенсне печальный взгляд.
      Сутулый торс. Назад прическа.
      И странные стихи звучат
      Растерянно и жестко.
      Сродни ли эта боль моя
      Созвучьям вашим небогатым,
[297]
      Которые звучат набатом
      Изгоям бытия?
      Но в страшный миг,
      Когда нас ночь в снегах настигла,
      Впились созвучий цепких иглы
      В сплетенья мыслей роковых.
     
     
      6
     
                                           Кн. Кур<акину>     
      Носили воду в декапод
      Под дикой пулеметной травлей.
      Вы рассказали анекдот
      О вашем предке и.о Павле.
      Не правда ль, странный разговор
      В снегу, под пулеметным лаем?
      Мы разошлисьи не узнаем
      Живем ли оба до сих пор
      Но нас одна и та же связь
      С минувшим вяжет.
      А кто о нашей-смерти, князь,
      На родине расскажет?
     
      24 декабря 1919
     
     
      7
     
                                                    А.В.Ш.
      В черной шапочке, с сумкой за плечами,
      Вы проходили месяц медовый.
      Едва поспевает за вами
      Муж решительный и суровый.
[298]
      Странно слышать такие простые
      И непривычные слова:
      «Я верю - Россия
      Еще жива».
      Пусть душа моя стала зверем
      И не ищет от травли спасения, –
      Я верю – мы оба верим –
      В воскресение.
     
      24 декабря 1919
     
     
      8
     
      Голова немного кружится.
      Заболел или усталость просто?
      Хватит ли мужества
      Дойти до блок-поста?
      Вещи сложу у дороги,
      На сугробе лягу,
      Протяну усталые ноги,
      Авось, мороз пожалеет бродягу.
      Вдали паровоза
      Желтые пятна.
      Смерть от мороза
      Считают самой приятной.
     
      28 декабря 1919
     
     
      9
     
      Нежными цветами перламутра
      Декабрьское отливает утро.
      Смехом багряным смеется заря нам,
      Скитальцам по немилым странам,
[299]
      Чтоб несли мы горе покорней,
      Осужденные десницей горней.
      Истает, заря, твой розовый полог,
      И будет день и тяжел, и долог,
      И будет грустно в сугробах снега
      До неизвестного брести ночлега.
     
     
      10
     
      Смотрит умными глазами лошадь
            Из вагонной мглы,
      И веселый жеребенок все хочет взъерошить
            Наши узлы.
      Господи, наконец-то едем,
            Все равно куда!
      И нашим четвероногим соседям
            Нравится езда.
      Как мы замерзли, поезд карауля!
      Как хорошо немного отдохнуть!
      Что ждет нас завтра? Быть может, пуля
            И снова путь?
     
     
      11
     
      Мы приехали после взрыва.
      Опоздали лишь на день,
      А то погибнуть могли бы.
      Смерть усмехалась криво
      Из безглазых оконных впадин.
      И трупов замерзших глыбы
      Проносили неторопливо...
      Но мы равнодушны к смерти,
      Ежечасно ее встречая.
      И я, проходя, - поверьте -
      Думал только о чае.
[300]
      Добрели мы до семафора.
      Свободен путь, слава Богу.
      Ну, значит – скоро
      Можно опять в дорогу.
     
      Ст. Ачинск
     
     
      12
     
      Из вагона прогнали
                  Поляки.
      Плакала больная дама.
      Свободный тормоз во мраке
                  Искали
                  Упрямо.
      Душа захлебывалась в злобе,
      Кровью налились виски,
            Завяз в сугробе,
            Промочил носки.
      Пусть устал ты, и замерз ты,
            И не будешь спать,
            Но замелькают версты
                  Скоро опять.
     
     
      13

      Опять убегают рельсы,
      Позвякивают буфера.
      Что же, осмелься,
                  Упрямая,
                  Душа моя,
                  Ведь пора!
      Или ты скитаньем безотрадным
            Не утомлена,
[301]
      Хочешь жизнь впивать с волненьем жадным
                  Допьяна.
      И вкусить потери и разлуки
            В роковой цепи.
      Что ж, душа, сложи покорно руки
                  И терпи.
     
      3 января 1920
     
     
      14

      Мы жили в творческом исканье,
      Грабители чужих наследий,
            Стихи чеканя
                  Из меди.
      Но, все преграды руша,
      Мир входит в наши двери.
      Больные выльем души
      В каком размере?
      На лиру мы воловью
      Натянем жилу,
      Чтоб звукам, вырванным из сердца с кровью,
      Хрипящую оставить силу.
      Они без форм. В них есть уродство
      Невыношенного созданья,
      Но их осветит благородство
                  Страданья.
     
      3 января 1920
     
     
      15

                                         А.В.Ш.
      Быть может, жива Россия,
      Но ты уже не жива.
[302]
      Смотрит в небеса пустые
      Маленькая голова.
      «Граждане, вы будете расстреляны
                  Через час».
      И сверкнули пристальные щелины
                  Злобных глаз.
      Алая змейки грудь охватила
      И исчезла, в снег упав.
      Все ушли, лишь собака выла,
                  Нос задрав.
     
     
      16

      Тянутся лентой деревья,
      Морем уходят снеге.
      Грустные наши кочевья
      Кончат винтовки врага,
      Или сыпные бациллы,
      Или надтреснутый лед
      Вьюга зароет могилы 
      И панихиды споет.
      Будет напев ее нежен,
      Мягкой – сугробная грудь.
      Слишком уж был безнадежен
      Тысячеверстный наш путь.
      Где поспокойней и глуше,
      Где не услышишь копыт, -
      Наши усталые души ,
      Сладостный сон осенит.
     
     
      17

      Довольно, больше идти не надо!
            Душа до дна пуста.
[303]
      Истерика, визгливая менада,
            Кричит в мои уста.
      Отчаянье тяжелым комом
            К душе прилипло.
      Но не хочу: я бросить землю –
                  И внемлю
            Звукам незнакомым
            От лиры хриплой.
                  О, ты ли,
            Соловей Цитеры,
            Такие звуки
            На собственной могиле
            В меняющиеся размеры
            Куешь, ломая руки?
            Давно ли
      Рубины зорь в спокойном небе
            Искали все мы?
            Теперь твой жребий –
            Быть криком боли
            Для тех, кто немы..

Tags: ,

(4 комментария | Оставить комментарий)

Comments
 
[User Picture]
From:q_iber
Date:Ноябрь 26, 2010 12:14 pm
(Link)
прошу прощения, самая последняя строка в подборке выпала:

Для тех, кто немы.
[User Picture]
From:reweiv
Date:Декабрь 3, 2010 07:26 pm
(Link)
Благодарю.
From:ayktm
Date:Декабрь 2, 2010 11:49 pm
(Link)
[User Picture]
From:reweiv
Date:Декабрь 3, 2010 08:06 pm
(Link)
Спасибо,я знаю этот сайт. Здесь есть два стихотворения (или фрагмента?), не вошедших в перепечатанные мной публикации (любопытен их источник). Но я пока не придумал, как их добавить в свое собрание. Дело в том, что сайт доверия не вызывает, некоторые стихи здесь выложены с серьезными ошибками, например, когда целое стихотворение почему-то разбивается на две части, выпадают строки и т.п. Так, то, что здесь называется "Проснемся" и "Я - декабрист" - это одно стихотворение с выпущенной соединительной строкой (см. рядом в публикации из "Иртыша") и это не единственный случай.
Разработано LiveJournal.com